Рыбалка в Забайкалье

С середины августа и по конец октября, пока на наших забайкальских реках не пойдет плотная шуга, у меня начинается «гон». А связан этот «гон» с началом миграции рыбы. Ленок и хариус начинают движение с верховьев рек и ручьев вниз, к зимовальным ямам, а я – перемещаюсь из города к рекам.

Все лето хариус и ленок жируют в верховьях рек. Они поднимаются туда после нереста в поисках необходимой для комфортного проживания прохлады. Хариус идет на нерест первым, где-то в середине апреля, как только появится «свежун» — первая талая вода, которая, попадая под лед через многочисленные полыньи, служит для него своеобразным сигналом к началу миграции.

В этот период рыбалка может быть довольно результативной, но и связанной в то же время с одним существенным неудобством — бурением рыхлого двухметрового льда. Но это, как говорится, мелочи по сравнению с тем удовольствием, которое получаешь от ловли весной. Холода к этому моменту уже отступают, экипировка используется практически летняя, и все это вкупе делает процесс довольно комфортным.

На весеннем льду бывает много талой воды, и потому выходить на него лучше в забродных сапогах, а сумку для снастей постараться расположить так, чтобы все необходимое можно было достать из нее, не снимая с плеча. Слой воды порой настолько высок, что мне не раз приходилось наблюдать стайки рыбок, курсирующие надо льдом в поисках спасительной полыньи. Так что посидеть и отдохнуть на такой рыбалке не получится, да и отдыхать, на самом деле, некогда и незачем, ибо ловля рыбы в этот период предполагает активное перемещение по льду в поисках перспективных мест.

Но даже если стоянка рыбы найдена, то это вовсе не значит, что клев будет длиться долго и ловля из ходовой превратится в стационарную. Дело в том, что хариус быстро привыкает к приманке, и через некоторое время поклевки либо вовсе прекращаются, либо становятся довольно редкими и более осторожными. В таких случаях приходится снова сверлить лунки в поисках менее привередливой рыбы.

Пойманного хариуса лучше взять рукой прямо в лунке, иначе эта бойкая рыба может легко сорваться с крючка. Однако если это все же произошло, но хариус не вернулся в родную стихию, а упал в талую воду на льду, то бывает довольно интересно понаблюдать за поведением рыбы в необычной для нее обстановке.

Хариус, впрочем, как и ленок, сначала хаотично мечется в разные стороны, но через какое-то время успокаивается и стоит минут пять неподвижно, видимо, выбирая оптимальный маршрут для бегства. И, что удивительно, делает это безошибочно! Постояв, хариус плывет к какой-нибудь удаленной от рыболова лунке и, обогнув ее по кругу, в следующее мгновение скрывается подо льдом.

Неоднократно наблюдая такие картины, я часто думал над тем, как же рыбе удается на довольно обширном ледяном пространстве найти единственно верный путь к спасению? И, в конце концов, пришел к выводу, что хариус в таких ситуациях включает те же самые биологические механизмы, которые используются им во время миграций. Иначе как еще объяснить столь уверенное его движение к лунке, которую он никак не может видеть?

Вот как я объяснил для себя такое поведение рыбы на примере конкретных водоемов.

В реку Ингода впадают две горные речки, Никишиха и Кручина, расстояние между устьями которых не превышает 10 км. Каждую весну в них заходят на нерест ленок и хариус. Так вот рыба, родившаяся в Никишихе, никогда не пойдет в Кручину, как, впрочем, и наоборот. Секрет данной закономерности кроется в том, что в период миграции она ориентируется по «запаху», а если точнее, то по шлейфу растворенных в воде солей и минералов. В Кручине больше железа, а в Никишихе — магния, и это вроде бы совсем небольшое различие в химическом составе, а значит, и в «запахе» воды, помогает рыбе безошибочно определять, где «своя» река, а где «чужая».

Кстати, именно на этом принципе основаны рыбные фермы на Сахалине и Камчатке: «ловушкой» для лососевых в них выступает инстинкт, заставляющий кижучей и горбуш неизменно возвращаться в места своего появления на свет. Я думаю, что и сорвавшийся с крючка хариус в поисках спасения ориентируется именно на состав воды, такой привычный в лунке и такой чужой и опасный — на льду.

Пик нереста ленка и хариуса приходится примерно на середину мая. Хотя многое зависит от погоды, ведь климат у нас в Забайкалье резко континентальный: в середине марта может случиться оттепель, но бывает, что и в мае почти так же холодно, как и в феврале.

Затяжная весна ничего хорошего для рыболовов не сулит. В такие весны даже в апреле условия для рыбалки сравнимы с условиями в период глухозимья. Речные перекаты все еще скованы льдом, и ток воды между плесами и ямами практически отсутствует. Рыба ведет малоподвижный образ жизни, почти не питается, экономит истраченные за зиму силы. Вода в реке обеднена кислородом, кормовая база на зимовальных участках практически израсходована, и жизнь подо льдом замирает до прихода настоящего весеннего тепла.

И тепло приходит. Как правило, неожиданно. В Забайкалье бытует поговорка про затяжную весну: «У нас ночью зима, а с утра уже лето». Так оно часто и случается — дневная температура вдруг резко поднимается до +20°C. Происходит залповый выброс талой воды, лед на реках быстро сходит, и рыбаки для ловли по последнему льду перемещаются с рек на озера.

Ближе к середине июня хариус и ленок устремляются в верховья рек, где активно кормятся, восстанавливая потраченные за период нереста силы. Но лето в этих краях скоротечно, и уже в середине августа бывают довольно холодные утренники. «Если летом лосось хвостом яму подпирает, то с наступлением осени перекат», — гласит забайкальская мудрость, в полной мере относящаяся и к хариусу с ленком. В конце лета они начинают свое движение назад к большим рекам в места предстоящей зимовки.

Чем хуже становится погода, тем больше активизируется аппетит у рыбы. С наступлением серьезных холодов насекомые, которыми изобиловали прибрежные луга и которые составляли основу ее летнего рациона, начинают исчезать, и рыба переходит на придонное питание. Рыбалка на реках становится более результативной, так как жор у рыбы происходит на фоне значительного сокращения кормовой базы.

В теплые сентябрьские дни рыба может подолгу задерживаться на больших плесах, отдыхая после ночного хода. На местах богатых кормом она скапливается в больших количествах, косяк подходит за косяком, причем молодь ленка может спокойно примкнуть к стайке хариусов. Скопление рыбы на плесе можно увидеть порой невооруженным глазом.

Года четыре назад на небольшой речке, притоке реки Ингода, с красивым названием Сестреница, я воочию наблюдал стоявшие слоями косяки. Был конец сентября, и косари вывози ли с покосов сено. Дорога проходила как раз через мелководный плес, глубина которого была не более метра.

От обилия рыбы руки сами потянулись к удочке. Рыбалка вышла тогда отменной: хариус отзывался почти на каждом забросе, а если клев начинал ослабевать, то стоило лишь сменить муху, как рыба снова начинала жадно хватать приманку.

Идиллию нарушил трактор «Беларусь» с прицепом. На телеге возвышался огромный стог сена, а сверху на сене сидели люди с граблями. «Все, — подумалось мне, — кончилась рыбалка». Но опасался я зря. Муть, поднятую трактором, быстро снесло течением, а когда вода полностью просветлела, стаи хариуса вернулись на прежние места и продолжили кормежку. Я возобновил забросы снасти, и рыба стала ловиться не хуже, чем до проезда косарей.

На небольших горных речках, одной из которых и является Сестреница, проходной рыбе, из-за малого количества плесов, трудно выбрать подходящее место для стоянки, поэтому хариус, напуганный техникой, хоть и скрылся до времени, но все же вскоре вернулся.

К концу октября на реках Забайкалья начинает идти шуга. Ледяные поля сгоняют оставшуюся рыбу с верховьев рек. Вода в них становится черной, то ли от холода, то ли от того, что на фоне покрытых снегом берегов она кажется темнее, чем обычно.

Рыбалка по шуге приобретает экстремальный оттенок. Снасть в утренние часы обмерзает, и возможность комфортно ловить появляется только в непродолжительную дневную оттепель.

В начале ноября, когда припой на реках становится прочным, ожидает рыбалка по заберегам. По ледяному заберегу можно будет ходить, как по тротуару, и рыбачить летними снастями по открытой воде. Но проходит неделя, и водоемы полностью замерзают.

В середине ноября в Забайкалье начинается настоящая зима с ночными морозами под 30°C. Рыба к этому времени окончательно занимает зимовальные ямы и плесы. Природный круг замыкается до следующей весны.